Если Россия не разберется с Западом, ей придется ждать, пока Украина станет Галицией

Политика

Чтобы решить свои проблемы, мы должны в первую очередь ставить вопросы о безопасности России. Если они решены, то вопрос украинских границ уже не так важен. Если они не решены, то даже захват русскими Парижа ничего не изменит

Пока мы находимся в конфронтации с Западом, ни о какой безопасности речи не идет, считает обозреватель МИА «Россия сегодня» Ростислав Ищенко

Об этом он рассказал в интервью изданию Украина.ру

— Ростислав Владимирович, в СМИ вновь вспыхнул интерес к переговорам по Украине. Вновь обсуждается урегулирование кризиса по корейской модели. Не могли бы вы смоделировать именно этот сценарий и объяснить нашей аудитории, почему он совершенно не подходит для России?

— Почему вы думаете, что корейский сценарий совершенно не подходит для России? Для России подойдет все, что угодно, если это поможет ей обеспечить собственную безопасность. А обеспечить безопасность можно только в случае договоренностей с Западом. Мы можем захватить всю Украину, пол-Европы и даже кусок Африки. Но пока мы находимся в конфронтации с Западом, ни о какой безопасности речи не идет.

Да, мы можем отодвинуть от своих границ физическую опасность, когда снаряды не будут прилетать по Белгороду. Но опасность крупного военного конфликта будет сохраняться.

У нас многие думают, что если урегулировать украинский кризис, то на этом все закончится и наступает всеобщая благость. Это не так. Украинский кризис может быть разрешен, а всеобщая благость так и не наступит, потому что не будет разрешен глобальный кризис.

Да, для нас есть более предпочтительные и менее предпочтительные варианты решения украинского кризиса. Да, для нас не должна исходить опасность с территории Украины. Но это не значит, что мы обязаны присоединить к себе всю Украину или создать на Украине сеть своих военных баз. Это значит, что мы должны контролировать ситуацию на Украине и вокруг нее.

Повторюсь, мы находимся в конфронтации с Западом. Если нам скажут: «Мы клянемся, что не будем учинять против вас козни на Украине», мы в это не поверим. И если мы по какой-то причине решим сохранить какую-то часть Украины, мы должны создать на ее территории такие политические и экономические предпосылки, которые не позволят местному правительству выйти из-под воли Москвы. Строго говоря, недовольство в Москве должно приводить к немедленной отставке правительства на Украине, потому что оно не сможет управлять без поддержки России (хотя бы моральной).

Да, это не идеал. Но при условии урегулирования всех остальных отношений с Западом такой уровень контроля нас может устроить.

Теперь насчет именно корейского сценарий.

Корейский сценарий означал создание двух независимых Корей. О каких двух независимых Украинах мы можем говорить, если ряд ее регионов уже стали российскими территориями?

Украина как АнтиРоссия нам не нужна. Поэтому речь может идти о следующем: часть ее территорий – в состав РФ, а часть – под протекторат Москвы. А если речь идет о разделе Украины с кем-то, то это уже не корейский вариант, а польский. Если раньше Польшу поделили с Германией, то теперь Украину можно поделить с Польшей, когда уже Варшава будет нести ответственность за все, что происходит по ту сторону границы, а Украина останется в проклятом прошлом.

Повторюсь, корейский сценарий сейчас слабо прорисовывается. Потому что нет двух украинских государств, между которыми можно было бы провести демаркационную линию. А вся суть разговоров о корейском сценарии сводится к одному – «Как делить будем? По-братски или по справедливости?».

Резюмирую. Чтобы решить свои проблемы, мы должны в первую очередь ставить вопросы о безопасности России. Если они решены, то вопрос украинских границ уже не так важен. Если они не решены, то даже захват русскими Парижа ничего не изменит.

— А если рассмотреть лучший вариант решения украинского вопроса? Вы в своей статье писали, что вокруг России могут быть даже враги, не должно быть государств Анти-Россий. Это главная задача СВО?

— Да.

Контролируемая Россией Украина уже не может быть Анти-Россией. Не будет же Россия выращивать Украину сама против себя.

Украина, ставшая Польшей, тоже не может быть АнтиРоссией. Сама по себе Польша – не АнтиРоссия, потому что русский не может превратиться в поляка, а поляк не может превратиться в русского. Они могут в поколениях полонизироваться или обрусеть, но это не будет повторение ситуации на Украине, когда сегодня ты был русским, а завтра стал украинцем. Украинцы производятся в товарных количествах из русских.

В этом и состоит опасность Украины. Потому что Украина – это прозападный вариант России, под который Запад пытается переформатировать всю Россию. Только так Украина и будет работать.

Именно поэтому украинцы ненавидят «хороших русских», которые воюют против России на их стороне. Потому что они считают себя прозападными, но русскими, а не украинцами. А с точки зрения украинства, прозападный русский должен быть украинцем. Потому что только отказавшись от русскости ты можешь стать достаточно прозападным. А, отказавшись от русскости, ты автоматически становишься украинцем.

Есть еще один момент. В Галиции за 600 лет ее существования вне русских пределов возникла другая этническая общность. Они не русские, и не украинцы. Они себя называют галичане. Это уже другой народ. В перспективе их можно русифицировать. Если на всю Украину у нас уйдет лет 50-60, то на эти области понадобится лет 300.

Если мы не будем русифицировать галичан, мы можем относиться к ним как к реликтовому народу, вроде тех, кто живет у нас за полярным кругом. Но даже если возникнет страна Галиция, где живут галичане, нас это тоже удовлетворит. Потому что это будет другой народ, не имеющий отношения к украинцам и русским.

Главное, чтобы они отказались от претензий на большую Украину и на украинизацию русских.

Мы можем это сделать на примере македонцев, которые когда-то были болгарами. Так сложилось исторически, что они попадали то в состав Сербии, то в состав Болгарии. Через какое-то время их выкроили в отдельный этнос. Сначала это было насильственно, а потом они сами стали считать себя отдельным народом. Хотя история с болгарами у них одинаковая, и язык у них почти такой же, как болгарский. Но к этому привыкли и София, и Скопье. Потому что Македония – это не АнтиБолгария. Может быть, Болгария переживает по поводу утраты части своего населения, но это уже в прошлом.

Для России Галиция может стать прошлым. А Украина в целом прошлым стать не может. Потому что сегодняшняя Украина в любом варианте станет АнтиРоссией. А мы не можем ждать 600 лет, когда Украина станет большой Галицией. Потому что мы находимся в жесткой конфронтации с Западом, который использует Украину в качестве тарана против России.

— А вот эта концепция Украины как АнтиРоссии – это локальный вариант национализма, когда только русские плохие, а все остальные хорошие?

— Для украинцев не все остальные хорошие. Некоторые из них говорят: «разберемся с русскими, займемся поляками». С венграми у Украины тоже плохие отношения. Просто Россия для них враг эсхатологический. Россия напоминает им, что они когда-то были русскими. И любое поражение украинства на фоне процветания русскости – это демонстрация неправильности их выбора и подталкивание к отыгрыванию назад. Тем более, что далеко они не ушли. Люди, перешедшие из русскости в украинство, еще живы. И они еще могут превратится из украинцев в русские. Некоторое даже превращаются.

Таким образом, если для нас Украина – это АнтиРоссия, то для них Россия – это АнтиУкраина. Разница лишь в том, что Россия существовала всегда, а Украина возникла относительно недавно. Причем Россия – это более успешный вариант существования Украины.

Поэтому Украина готова кооперироваться с кем угодно, лишь бы уничтожить Россию, отобрав часть ее территорий, раздрабив ее на мелкие неславянские княжества или подарив ее земли Японии или Китаю. Это – сверхзадача украинского государства на ближайшие десятилетия.

Поэтому для нас важно ликвидация украинства как такового. Самый безболезненный вариант – это постепенная реинтеграция территорий Украины и рерусификация населения. Но если украинцы и дальше будут изъявлять готовность погибнуть на фронте, но не уступить, это тоже вариант.

О некоторых причинах того, почему Украина стала Анти Россией, а так же о людях, которые этому способствовали — в интервью бывшего министра Украины Дмитрия Табачника Деньги победили идеологию и разрушили Украину

Ростислав Ищенко


Последние статьи